Хроника одного преследования

В минувший четверг, 17 мая, в Шуйском городском суде состоялось последнее заседание по уголовному делу Евгения Бухрова, обвиненного в тяжком преступлении – групповом изнасиловании. Вопреки мнению обвинительной стороны, потребовавшей для обвиняемого 7 лет, судья Сергей Гарбер вынес Евгению Бухрову оправдательный приговор. Лично для меня решение судьи стало настоящим шоком и заставило взглянуть на отечественное правосудие другими глазами.

«Такого в Шуе не было!»

Напомним читателям «МС» обстоятельства этого нашумевшего дела, начавшегося для нашей газеты с января 2006 года. Именно тогда и появилась у нас первая публикация под названием «Беспрецедентный митинг» («МС», №1). Действительно, вышедшие к Вечному огню жители Болотных улиц протестовали по невиданному поводу – против необоснованных уголовных преследований. До открытого протеста граждан довело «ущемленное властями право на справедливое и беспристрастное расследование» уголовного дела, один из фигурантов которого, Сергей Бардыкин, уже был осужден на 5 лет лишения свободы и находился в местах заключения, а второй преследуемый, Евгений Бухров, ожидал судебных слушаний в Ивановском СИЗО.

По мнению митинговавших, расследование с самого начала носило резкий обвинительный уклон, и все многочисленные сомнения, вопреки требованиям Конституции РФ, толковались не в пользу обвиняемых, а многочисленных свидетелей защиты на суде по делу Бардыкина попросту проигнорировали.

Очень резкие высказывания митингующих в адрес местной прокуратуры и небеспристрастного, действующего по ее указке суда, вызвали оторопь даже представителей бдящей за митингом милиции, которая призналась «МС», что ничего подобного в нашей тихой Шуе, отродясь, не было. Действительно, уже за одно чисто информационное и беспристрастное освещение этого события «МС» «удостоился» высочайшего окрика и обвинения «в защите подонков».

Сомнения усиливаются…

Чтобы получить собственное и не навязанное извне представление об обстоятельствах дела, мы предприняли журналистское расследование. Тщательное изучение обстоятельств уголовного дела, доступных нам судебных материалов, а также многочисленные встречи с представителями разных сторон: правоохранителями, потерпевшей, свидетелями, многочисленными соседями, адвокатом – не только не сняли у нас вопросы, но лишь прибавили сомнений.

После вынесения приговора. Все плохое позади

Признаемся, поначалу наши представления о более молодом обвиняемом, Евгении Бухрове, были, скорее, эмоциональными, основанными на личностных качествах молодого человека, о которых мы узнали от друзей, преподавателей, соседей, родственников молодого человека. То, что Евгений участвовал в пьяном групповом изнасиловании 54-летней женщины, да еще в извращенной форме, как-то не вязалось с его прошлой жизнью. За свои 20 лет не замечен ни в курении, ни в употреблении спиртного. Воспитан двумя женщинами – мамой и бабушкой, а потому мягкий и добрый, этакий «тюха-матюха». Преподаватели колледжа ничего плохого не говорят, напротив, хвалят, отмечают в Евгении уникальные способности к технике. Соседи, все, как один, отмечают: «Воспитанный, хлопот не доставляет, ухаживает за больной бабушкой, все дела в доме на нем». Девчонки в округе от Жени без ума: и руки золотые у парня, и красавец такой, что глаз не отвести. Не верить этим людям у нас не было оснований, хотя всякое бывает, и задним числом мы видим в человеке только хорошее. К тому же произведенная в Иванове генная экспертиза однозначно, с вероятностью в 99,99%, назвала фигурантов дела виновными! Как можно ей не поверить?!

Подписка о невыезде

Через шесть месяцев после митинга у Вечного огня, в июле 2006 года, мне, наконец, довелось познакомиться с Евгением Бухровым. Молодой человек появился в редакции «МС» самым неожиданным образом. Его, просидевшего в СИЗО целых девять месяцев, выпустили по решению суда. В свое время прокуратура, добиваясь санкции на арест Жени, аргументировала его необходимость тем, что Бухров, как фигурант серьезного уголовного дела, находится в розыске, скрываясь от правосудия. Однако, как выяснилось на суде, никакого розыска, как и документа на его проведение, и в помине не было. Так что арестованного освободили под подписку о невыезде. Однако для освобождения Бухрова было и другое, более веское основание: стороне защиты удалось добиться проведения повторной, независимой, экспертизы, которая определила, что обвиняемый Бухров к преступлению не причастен. Но то, что стало очевидным для независимых московских экспертов, не убедило суд, посчитавший, что выводы платной и, по существу, частной экспертизы принимать во внимание нельзя. Так что о правовой реабилитации Жени родные даже не мечтали и были несказанно рады тому, что его, больного, издерганного, разуверившегося во всем, удалось хотя бы вытащить из-за решетки.

Слушая страшные подробности о проведенных в СИЗО месяцах, я радовалась, что сидящий передо мной молодой человек, несмотря на полученный им горький опыт, не разуверился в том, что правда сильнее, а справедливость в конечном итоге берет верх. Видя его восторженную радость от свалившейся свободы, я не находила сил, чтобы вылить в эту бочку меда свою ложку дегтя. Наивный, размышляла я, неужели ты думаешь, что так просто отделаешься, попав в беспощадную мясорубку нашего неповоротливого правосудия?! Ведь по данному делу уже сидит Бардыкин, и вряд ли карательная машина захочет отвечать за тот моральный и материальный ущерб, которая понесла твоя семья, и сделает все, чтобы оправдать месяцы, проведенные тобой за решеткой. Твоя реабилитация даст «ненужные» надежды Бардыкину, который так и не признал своей вины. Несмотря на то, что ивановский эксперт Мороз обвинен в подлоге, результаты сделанных им экспертиз признаются судами, и никто от них не собирается отказываться. А значит, морозовская экспертиза и против тебя, Женя, является веским обвинением, не говоря уж о настойчивом желании «потерпевшей» тебя посадить.

Мороз ошибался. Но его экспертизы… правильные

Тем временем судебные слушания шли своим чередом. Важным этапом их было постановление судьи о производстве повторной генной экспертизы по уголовному делу в отношении Евгения Бухрова. На сей раз, материал для исследования был направлен в экспертно-криминалистический центр при МВД России. Сделанный в марте нынешнего года специалистами центра анализ однозначно подтвердил выводы той самой платной экспертизы, которую за свои деньги делала семья Евгения Бухрова. Более того, в официальном заключении от 23 марта 2007 года, подписанном заместителем начальника экспертно-криминалистического центра МВД полковником милиции А. Семеновым, черным по белому написано: «Результаты настоящей экспертизы опровергают вывод эксперта (А. Мороза – прим. ред.) бюро СМЭ Ивановской области о происхождении спермы на трусах потерпевшей А. от Бухрова Е.В.»

Впрочем, данные выводы откровением для родных обвиняемого не стали. Сдается, что и для суда тоже. Ведь о том, что эксперт Мороз дает ложные экспертные заключения, ивановские прокуроры знали еще в апреле 2005 года. Несколько экспертиз Мороза были проверены. Результаты проверок, быстро ставшие известными, удивительно интересны.

В июле 2005 года Мороз на основании постановления следователя прокуратуры г. Владимира исследовал кровь обвиняемых Мокова и Шукова. Выводы Мороза опроверг Российский центр судмедэкспертизы: ивановский эксперт «использовал не имеющие к данному делу результаты из текста других заключений». Товарищей Шукова и Мокова, благодаря, в том числе, и экспертизе Мороза, посадили в тюрьму в феврале 2005 года. Вещественные доказательства уничтожены. В сентябре 2004 года костромича Бокова посадили в тюрьму на основании экспертизы Мороза. Вещественные доказательства уничтожены. В апреле 2005 года не повезло жителям Вязников, в их деле фигурировали данные экспертизы совсем других людей. В нашем городе не повезло уже упоминавшемуся нами Сергею Бардыкину, об обстоятельствах дела которого мы подробно писали еще в 2006 году («МС» от 25 июля).

Правосудие в Шуе восторжествовало!

Мороз объяснял путаницу просто: «ошибками при перемещении графических файлов». Однако выводы его, как утверждает Мороз, верные, и ни одного невинного человека за решетку он не отправил. Уголовное дело на ивановского эксперта, и вправду, не завели – ведь все «это» он делал непреднамеренно, ошибся случайно. А ошибка – дело неподсудное. Что ж, решение по Морозу, с точки зрения нашей карательной системы, просто идеальное: люди просидели в тюрьмах уже приличные сроки, и можно представить, какие иски они предъявили бы правоохранительным органам!

Так что, направляясь в минувший четверг на последнее заседание суда по делу Бухрова, я попутно зашла в собор, чтобы заказать молебен святителю Николаю Угоднику. Ну, в самом деле, не на человеческий же суд рассчитывать! Увидев Женю в окружении родных и друзей, я поняла, что и они испытывают похожие чувства. Ведь в нашей судебной практике отменяются обвинительные приговоры лишь в отношении 3,9 % обвиняемых, зато оправдательные - аж в отношении 45,8 % всех оправданных, а число собственно оправдательных приговоров составляет только 1%. Вот почему я так была поражена, услышав, что Евгений Бухров оправдан с правом реабилитации. Неужели у нас появилось правосудие? Или дело всего лишь в том, что ему попался профессиональный, добросовестный и порядочный судья?..

Галина АЛЕКСЕЕВА